Санкт-Петербургская Региональная общественная организация "Объединение добровольных спасателей ЭКСТРЕМУМ"
Главная \ "Спасайте, кто может" статья в газете "Санкт-Петербургские ведомости"


Hide details for О насО нас
В прессе
Награды и отзывы
Направления деятельности
История
Структура
Документы
Контакты
Как стать членом?
Помочь нам
Форум
Show details for НовостиНовости
Hide details for ОбучениеОбучение
Курсы спасателей
2. Программа курсов МЧС
2а. Список текущих групп
Онлайн тесты
Обучение ПСР
Hide details for Спасотряд ЭКСТРЕМУМСпасотряд ЭКСТРЕМУМ
Состав спасотряда
Кинологическая служба
Hide details for Программы деятельностиПрограммы деятельности
Поиск людей в лесу
Дежурство на мероприятиях
Спасение животных
Пожарная команда
Hide details for Для членов спасотрядаДля членов спасотряда
Служеб. раздел
Волонтерам
Спасработы
ЦУКС
Мероприятия
Hide details for Полезные материалыПолезные материалы
Медицина
Спасение
Выживание
Снаряжение
Разное
Hide details for Общественные программыОбщественные программы
"СТРЕЛКИ"
Hide details for В КонтактеВ Контакте
Extremum
Кошкиспас
English









      Нам помогают:





    Частные лица:




12.06.2015
"Спасайте, кто может" статья в газете "Санкт-Петербургские ведомости"
http://spbvedomosti.ru/news/obshchestvo/spasayte_kto_nbsp_mozhet/



Спасайте, кто может
Спасайте, кто может | ФОТО предоставлено организацией «Экстремум»

ФОТО предоставлено организацией «Экстремум»

В Ленобласти прошли очередные – шестые по счету – специальные учения добровольных спасателей. 36 часов без перерыва. Больше сотни участников из Петербурга, Москвы, Казани и других городов. Отрабатывают: поиск людей в лесу, оказание первой помощи, транспортировку; работы на высоте, в воде, в огне. Эти учения – разминка перед началом сезона лесных поисково-спасательных работ. Вообще-то в МЧС есть такая структура – ПСО, поисково-спасательные отряды. Но с каждым годом становится все больше добровольных отрядов, основная задача которых – «поиск и спасение людей, потерявшихся в природной среде». Вызовы на такие операции к добровольцам поступают все чаще – и не то чтобы люди чаще терялись; скорее, профессиональные спасатели из МЧС доверяют подготовленным общественникам и делятся ориентировками. Добровольный спасатель ПСО «Экстремум» Юрий ШКОЛЬНИКОВ рассказал, как такими становятся; что чувствуешь на пятый день безрезультатных поисков и зачем волонтерам своя пожарная машина.

– Юрий, давайте на вашем примере: как становятся добровольным спасателем?

– Я не планировал становиться спасателем. Просто в походы ходил, аптечку с собой носил, а о том, как ею пользоваться, имел смутное представление – ни в школе, ни в университете первой помощи не учат. Есть хорошие курсы, но двухдневные. А медицинский колледж три года отнимет. На курсах автовождения от медицинских лекций толку мало: ну помнишь ты, что если у пострадавшего остановилось сердце, то нужно дышать и давить. А как дышать и как давить? Это несложно, но требует понимания алгоритмов и отработки навыков на манекене.

Наконец нашел курсы спасателей по программе МЧС, их проводит объединение добровольных спасателей «Экстремум» на базе пожарно-спасательного колледжа. Курсы трехмесячные, проходишь аттестацию и получаешь квалификацию «Спасатель РФ». Это базовый уровень, потом можно повышать квалификацию, получая дополнительные «спасательные» специальности.

Пока учился, общался с другими людьми – некоторые уже были так или иначе вовлечены в добровольную спасательную деятельность. Система ведь такая: новичок как-то узнает о добровольных спасателях, становится помощником, но хочет расширить свои навыки и идет на курсы. Либо наоборот, как я, после курсов «втягивается».

На курсах – «первая помощь», пожарная подготовка, топография и прочее. На «высотке», то есть на высотно-спасательных работах, некоторые побороли свой страх высоты; на экзаменах форсируешь реальную речку, человека переправляешь – и хорошо, если зима, по льду пройдешь, а весной и осенью бредешь в воде не очень комфортной температуры... В общем, получив такие навыки, хочешь их применить – так потихоньку «втягиваешься». Я заинтересовался, потому что предпочитаю приносить пользу, а в нашем деле даже если идешь по лесу много часов и никого не нашел – это не напрасно, потому что другой сможет пойти иной дорогой и найдет пропавшего.

– Добровольные спасатели – что это за люди?

– Всего в нашей общественной организации 134 человека, из них 46 человек – ядро, общественное аварийно-спасательное формирование ПСО «Экстремум». У членов ПСО больше обязанностей, выше требования к квалификации, а само формирование раз в три года проходит аттестацию госкомиссии.

А так люди очень разные. Строители, директора компаний, айтишники. И мужчины и женщины. Большинству ближе к 30 годам, но есть и постарше. Можно ведь не только по лесам ходить, а за компьютером координировать поисково-спасательные группы.

– Каков алгоритм работы спасателей-добровольцев?

– В структуре МЧС есть Центр управления в кризисных ситуациях (ЦУКС). Человек заблудился, он или его родственники звонят по 112. ЦУКС нас информирует, и наш дежурный координатор, который на телефоне 24 часа в сутки, передает сведения дежурному руководителю поисково-спасательных работ (РПСР).

Это человек, обученный технологиям и алгоритмам поиска людей. Потерялся кто-то в лесу – мы что, пойдем шеренгой? В наших лесах это нереально. Разве что если потерялся ребенок, могут привлечь и военных, полицию – и все прочесывают местность. Но в прочих случаях нужна другая технология поиска. Руководитель ПСР сидит за компьютером, перед ним карты Ленобласти, информация, полученная от заявителя, – и он дает задания группам: одна идет туда, другая – сюда; определяет, использовать ли сирену, чтобы пропавший откликнулся на звук... Если результатов нет, выезжают следующие группы.

– Часто теряются?

– В основном, конечно, летом и осенью. Но изредка зимой охотники теряются или поиски елки перед Новым годом заводят в самую чащу.

В летние месяцы поступает 30 – 50 заявок, а в прошлом сентябре вообще 241. Потому что грибы-ягоды. У нас болота шикарные, теряйся – не хочу. А в октябре уже заморозки начинаются. Летом-то ночью довольно тепло, был случай, когда бабушка пять дней сидела в лесу. Мы ее нашли, потом семь часов вытаскивали на носилках – она в самый бурелом забрела. Сняли нашу операцию на видео, выложили в Сеть, потом американский телеканал Right This Minute у себя показал: вот какие в России леса и спасатели.

– А если так и не находите?

– В прошлом году по 3% случаев поиски были прекращены. В зависимости от обстоятельств может наступить момент, когда поиски уже бесполезны.

– В смысле... Человек не жив?

– Не обязательно так. Случается, что искомого человека просто нет в лесу: исходная информация оказывается неверной. Но случаются и трагедии. Иногда полиция обращается с просьбой помочь в поисках тела.

Но основная наша цель – все-таки спасать. И с каждым годом успешность поисковых работ растет. Я говорю только о нашей статистике, «добровольческой». В 2014 году было 400 заявок, действовать нам пришлось по 188. В остальных случаях человек либо сам быстро выбирался, либо кого-то встречал на пути.

Иногда в лес заходить и не приходится, выводим по телефону: потерявшийся позвонит по 112, нам передают его номер, созваниваемся, РПСР задает правильные вопросы и ориентирует.

– По сотовому разве не засечь, где человек находится?

– Всеобщее заблуждение. Чтобы «засечь», нужна триангуляция – чтобы рядом было три вышки сотовой связи. В Ленобласти это редкость.

Собственно выезды поисковых групп в лес потребовались в 47 случаях. Это не значит, что 47 раз выезжали – по каждому случаю могло быть несколько выездов и сотни человеко-часов.

– Госструктуры – то же МЧС – как вас воспринимают?

– Поначалу относились с некоторым недоверием. Мы это понимали и потому тренировались еще больше. А потом профессионалы увидели: мы от них ничего не требуем, работаем профессионально. У нас договор с МЧС и Ленобласти и Петербурга, но в городе редко теряются, леса не те.

– Ваш личный опыт? Скольких нашли?

– Ни одного. Я как раз тот случай, когда ищешь вхолостую, зато кто-то другой находит.

Один раз только помогал выносить из леса бабушку лет восьмидесяти. Мы приехали на поиски, а ее уже местные грибники нашли. Вместе со спасателями МЧС мы ее эвакуировали.

Вообще это не геройская работа. На самом деле она долгая и утомительная. Особенно тяжело, когда ищем человека третий день, пятый... Тогда подбадриваем друг друга: а помнишь, как-то ведь на седьмой день нашли. Да и если РПСР считает, что надо продолжать поиски – значит надо.

– Много ли добровольцев отсеиваются, увидев, что спасательные работы – «долго и утомительно»?

– Ротация происходит, но скорее по семейным причинам: дети рождаются – свободного времени становится меньше, кто-то переезжает в другой город. Костяк у нас довольно постоянный.

– Вы мало того что бесплатно работаете, вы и курсы прошли платные, и бензин сами оплачиваете.

– Ну да. Несколько раз выигрывали гранты, но их в основном пускали на оборудование.

– А сейчас народ вам сбрасывается на покупку пожарной машины.

– В 2011 году был принят закон о добровольной пожарной охране, и в 2012-м мы собрали собственную добровольную пожарную команду. Прошли обучение, заключили договор с Федеральной противопожарной службой – там отнеслись к нашим стремлениям с пониманием, прикрепили к 40-й пожарной части Невского района и выдали «бочку» – автоцистерну.

Водитель – штатный пожарный, командир отделения – тоже, и мы, четыре добровольца. И выезжаем. Например, по нормативам, на пожары должны приезжать две автоцистерны, но для тушения мусорных баков достаточно одной. И зачем профессиональных пожарных гонять, если добровольцы справятся.

Проблема в том, что наша «бочка» чувствует себя не очень хорошо. В последнее время пришлось сократить количество выездов. И родилась идея купить собственный автомобиль – не цистерну на три тонны воды, а на базе «УАЗа», чтобы права категории В годились.

Воды и пенообразователя в такой машине не хватит на тушение большого пожара, но на небольшое возгорание – вполне. К тому же мы хотим применять этот автомобиль в основном для выездов на ДТП в Ленобласти. В Петербурге в два раза больше аварий, но в области вдвое больше погибших. Шестое место среди регионов по числу погибших в ДТП. Скорости большие, а районы выезда у иной пожарной части размером с небольшое европейское государство.

Так вот мы хотим содействовать. Начали собирать средства на машину – пока набрали 345 тысяч рублей. А всего надо 2 млн 87 тысяч. Со спонсорами сейчас туго, время сложное. Наш проект «Автомобиль для добровольных спасателей» можно найти на сайте planeta.ru – там можно добровольные пожертвования внести.

– 130 добровольных спасателей – это много? Мало?

– В пик сезона иногда не хватает. И ведь у каждого из нас еще и «нормальная» работа есть. Кто-то из наших «спасает» по выходным или часть отпуска под это выделяет. Кто-то договаривается о посменной работе. Но бывает, ночью в лесу рыщешь, утром приходишь домой, в душ, переодеваешься – и на работу.

А вообще – слишком много спасателей не бывает.

    Телефон дежурного координатора
    Copyright © 2006-2015 ЭКСТРЕМУМ, Санкт-Петербург
    Постоянный адрес этой страницы:
    http://www.extremum.spb.ru/data1/extremum/ex.nsf/pages/press12062015